Выстрел, который снес крышу

Когда вышел, он меня в «Седьмую эру» взял. Позже обещал охранником сделать. Или даже юристом.

– Я раньше военным следователем был.

– Да, что-то припоминаю, – кивнул Зубр. – Тебе в зоне предъявить хотели, а Горухан тебя отмазал.

– Что-то вроде того.

– Да, была такая история, мне Горухан говорил. Начальник охраны должен был присматривать за тобой. У Горухана, правда, планы на тебя были. Кто в «Седьмой эре» начальником охраны был?

– Точно… Вспоминать тебя начинаю, парень. Был ты у Горухана в «Рыжей щуке»…

– В «Золотой щуке», – поправил Павел, думая, что его нарочно пытаются сбить с толку.

– Рыжая – это и есть золотая. Или по фене не ботаешь? – усмехнулся Зубр.

– Мне здесь это ни к чему, – покачал головой Торопов.

– Мне тоже… Парижанин мне сказал, что ты знаешь, кто Горухана завалил.

– Это долгий разговор.

– А мне спешить некуда. Пока до Ульянова доедем, все мне и расскажешь.

Мазок, махнув Павлу на прощание рукой, отправился в свою комнату, где его ждали грязные проститутки.

Торопов же сел в чистый «Мерседес» представительского класса; не первой молодости автомобиль, но так же хорошо ухоженный, как и его хозяин. Сам же Павел казался чужеродным телом в этой роскошной машине. Впрочем, Зубр не выдал своей к нему неприязни, если не считать, что он первым дело включил циркуляцию воздуха в салоне, чтобы избавиться от неприятного запаха.

– Что у тебя с ногой? – спросил Зубр, трогая с места машину.

Костыли лежали в багажнике, но Павлу казалось, что он может обходиться без них. Нога болела, но уже не так, как вчера.

– Бандитская пуля, – преувеличил Павел. – За киллером гнался, он меня подстрелил.

– За киллером? – удивился Зубр.

– Да. Только я точно не знаю, он в Горуханова стрелял или нет. Там целая мафия, может, и киллер не один.

– Мафия там конкретная, – загрустил Зубр. – Нас после Горухана сильно подмяли. Так что можешь не говорить, кто Горухана замочил. Заказчик мне известен.

– Зачем же ты за мной приехал? – не без удивления спросил Торопов.

– Зачем приехал? – На какое-то время Зубр замолчал, подыскивая подходящий ответ, а затем заявил: – У подруги всю ночь зависал. А ей муж позвонил, сказал, что из командировки возвращается. Он у нее мужик воспитанный, знает, что бывает, если подолгу в командировках пропадаешь, поэтому с вокзала ей всегда звонит, чтобы она любовника успела выпроводить. И сегодня позвонил.

– Придурок он, – покачал головой Павел. – Зато сидеть не будет.

– Слушай, а ты по этому делу сидел? – вспомнил Зубр. – Или я что-то путаю. Говорил Горухан про военного следователя, который жену свою замочил. И жену, и любовника. Или не про тебя говорил?

– Я бы на твоем месте тоже бы так сделал. А у Катьки муж – чмо. Не уважаю. Прилетел и из аэропорта ей звонит; жди, говорит, сейчас буду.