Дочь палача
Менее двух недель назад несколько его людей ввязались в драку в трактире «Звезда». Одного из них Йозеф Гриммер избил так, что того пришлось нести в госпиталь. Тогда они всей компанией пробрались в четверг вечером к пристаням, чтобы задать взбучку находившимся там шонгауцам. Но едва они добрались до склада, как тот загорелся. Мартин заметил, как оттуда убегали несколько человек, похожих на солдат. Хотя они были слишком далеко, чтобы разглядеть их подробно. Дело таки закончилось дракой, но уже потому, что шонгауцы обвинили их в поджоге.
— И как ты считаешь, кто поджег склад? — спросил Лехнер еще раз, хотя уже стоял в дверях.
Мартин Хойбер пожал плечами:
— То были чужие солдаты. Они точно не из здешних мест.
— Странно вот только, что наши сторожа их не заметили, а только вы, аугсбургцы, — не унимался секретарь.
Бригадир принялся ныть:
— Во имя Девы Марии, я же вам все рассказал! Потому что шонгауцы уже вовсю тушили пожар. К тому же дым был такой, что ничего и не разглядишь!
Лехнер внимательно на него посмотрел.
— Да не даст тебе солгать отец наш, — пробормотал он. — Ты и так уже влип, и мне плевать, будь ты бригадиром Фуггеров или хоть самого императора.
И он вышел прочь, крикнув стражнику.
— Господи, дайте уже заключенному горячего супа и кусок хлеба! Мы же не звери какие-то!
Дверь за его спиной со скрипом захлопнулась.
Лехнер снова остановился на истоптанных ступеньках и сверху оглядел городское хранилище. Несмотря на источенные червями балки и облупившуюся краску, склад, как и раньше, оставался гордостью Шонгау. Тюки шерсти, сукна и мешки с приправами местами высились до самого потолка. В воздухе витал аромат гвоздики. В чьих интересах было превращать в пепел такое богатство? Если это действительно солдаты, то кто-то их нанял.
— Господин! Стражник Андреас велел вас разыскать!
Лехнер посмотрел вниз. В двери ввалился молодой паренек в деревянных башмаках и потертой рубахе. Он запыхался, а глаза его сверкали.
— Стражник Андреас? — спросил Лехнер с любопытством.
— Он говорит, что Штехлин снова очнулась, она воет и ревет, как бешеная! — мальчишка стоял уже на нижней ступени. Ему не было и четырнадцати лет. Он нетерпеливо взглянул на секретаря. — Вы ее скоро сожжете, да, господин?
Лехнер благосклонно посмотрел на него.
— Посмотрим, — ответил он и сунул в ладонь мальчику несколько монет. — Разыщи поскорее лекаря, чтобы он засвидетельствовал хорошее самочувствие Штехлин.
Мальчик бросился к двери, но секретарь снова его окликнул.
















