Шанталь. Ход королевы

Вместо этого, я очень медленно, шаг за шагом, мимо застывших в ужасе лакеев и неистово крестящихся горничных, сбежавшихся поглазеть на чудо, приближалась к тому месту, где сидели бабушка и ее гость, моля Творца о том, чтобы он дал им сил пережить потрясение от встречи с ожившей «покойницей».

Первым мое появление заметил маркиз. Он попытался было вскочить, но ноги отказались его слушаться, и он вынужден был вновь тяжело опуститься на свое место. Глубочайшее потрясение на его лице и странное поведение вызвало невольный интерес у герцогини скорее из вежливости, чем из любопытства повернувшей голову в том направлении, куда уставился ее гость.

– О Господи! Девочка моя…

По завершении изысканнейшего ужина, состоящего из нескольких перемен блюд, показавшихся настоящей амброзией после солонины и галет, составляющих корабельное меню, мы вновь собрались в гостиной, где я познакомила близких с Нино, представив его как своего товарища и телохранителя. Не успели мы рассесться, как к нашей компании присоединился где-то до этого пропадавший Арно, бесцеремонно влетев в устеленное редчайшими персидскими коврами помещение прямо в перепачканной одежде и в грязных башмаках, принеся вместе с собой устойчивый запах конюшни, где по свидетельству домашних он проводил все свое время, вместо того чтобы изучать дисциплины, положенные воспитаннику знатной особы. С животными, в отличие от людей, у него была особенная связь, и именно с ними он предпочитал общаться, предпочитая искренность и верность последних лживому и лицемерному человеческому обществу.

С нашей последней встречи его внешность практически не изменилась. Несмотря на хорошую еду и чистый деревенский воздух, мальчик не подрос ни на пус, по-прежнему оставаясь слишком щупленьким и низкорослым для своего возраста.

Не обращая внимания на недовольные взгляды маркиза, демонстративно зажимающего нос надушенным платочком, Арно пристроился рядом со мной на одном из диванчиков, установленных полукругом перед зажженным камином, в котором весело потрескивали дрова.

Его восторженный взгляд перебегал с меня на Нино и обратно, не упуская ни единой детали, начиная от одежды и заканчивая оружием, к которому он снова и снова возвращался. Чувствовалось, как его распирает от избытка чувств, но внешне он вел себя достаточно сдержанно. Правда, недолго…

– А я ведь говорил вам не верить во всякую брехню о смерти Розы! Вот, поглядите теперь, кто из нас оказался умником, а кто остался в дураках! – крайне довольный собой, он бросил насмешливый взгляд на сидящую в стоящем впритык кресле герцогиню, все еще не решающуюся отпустить мою руку, которую она то подносила к губам, то прижимала к бившемуся в неровном ритме сердцу.