Там где цветут эдельвейсы

Но, к сожалению, а может быть, и к счастью, Викуся умной не была, только красивой, а потому больше я из неё ничего не вытяну. На вопросы, с кем Андрей общался, куда в гости ходили, она не ответила.

Я проводил её на работу, сел в машину и отправился к сестре Ерлана Алие.

Она оказалась очень хорошей, гостеприимной и симпатичной женщиной, ничего не знающей о делах брата, кроме того, что он очень любил свою русскую жену и скучал по единственной дочери.

Насторожило то, что к ней тоже приходил человек с работы Ерлана, он удостоверение журналиста показывал и забрал все материалы, даже в столе рылся и распечатки тоже взял.

Больше всего она переживала, что он унёс и не вернул компьютер с ноутбуком, хотя обещал. У неё дети, им бы это всё очень пригодилось. Вещи были хорошие, дорогие.

С тем я вернулся домой.

Есть не хотелось, но и обижать женщин, которые старались, готовили и ждали меня, не мог тоже.

А потому я сел за стол и мы вместе приступили к ужину. Маша расспрашивала меня о том, что я узнал за день. Я отвечал.

— Алия никогда ничего не знала, глупая она, только рожать умеет. Добрая, но глупая, — Надя проговорила всё это, всхлипнув и не поднимая глаз от тарелки.

========== Часть 9 ==========

Надя продолжала ковырять вилкой в тарелке и утирать слёзы одновременно.

Я встал и положил перед ней салфетки.

— Надюш, значит, Ерлан был твоим отцом?

— Был, есть и будет! Даже если его самого уже нет, он всегда будет моим отцом! Только он, понимаете? Он самый лучший, если бы вы знали, как он меня любил. А мне и фамилию сменили, и отчество, как будто не было папы в моей жизни, а я и на журфак пошла только в память о нём, чтобы как он быть, чтобы он жил. Если бы вы знали…

Я обнял её, прижал к себе.

— Надюша, ну не плачь. Ты права, ты молодец. Твой отец гордится тобой. Честное слово, будь я на его месте, я бы гордился.

Она продолжала рыдать, уткнувшись мне в живот, так и не встав со стула. Всхлипывала, а я гладил её по голове, потому что понимал. Я ещё не знал её истории, но неподдельное горе было ощутимо.

— Дима, что ты со мной как с маленькой, а? — проговорила она сквозь слёзы.

— Так ты и есть маленькая. Но я бы очень хотел дочку, такую, как ты.

Надя подняла на меня глаза и смотрела внимательно и долго. Она так много хотела сказать. Хотя прекрасно понимала, что нельзя.

— Маша плакала сегодня. Ты знаешь? — девочка резко сменила тему.

— А что я могу сделать? Надя, прости, но узнать о том, что твой муж, пусть даже бывший, изменял с другой, это больно.

— Митя, ты знал? — это уже спрашивала Маша. — Ты знал про Андрея всё, значит, знал и это.

— А кроме Вики? Ведь были же и другие? Митя, почему ты не пришёл и не сказал мне?

— Маша, а как бы это выглядело? И потом, он тебя любил. Их — нет. Вопрос исчерпан.

— Нет, не исчерпан! — Маша уже выходила из себя и была снова на грани истерики.