Наследник для Шаха

Все…» — бьется в висках.

А перед глазами кадр, как Аслан берет меня в зеркале, как заставляет смотреть на наше единение, как шепчет страстные слова, переходит на свой, рычит. Зеркало в моем сознании ломается на тысячи кусочков, разлетается мириадами осколков, которые больно ранят кожу.

Убивают просто.

Это невыносимо.

Вглядываюсь в лицо женщины, которая смотрит на меня весьма спокойным взглядом. Как женщина, привыкшая к адюльтерам мужа. Слово-то какое…

Сердце пропускает удары. Один. Второй. По венам, кажется, лава течет, наконец, тело вспоминает, что делало до того, как получить смертоносный удар, и приходит в движение, на автомате совершаю еще пару шагов под острым взглядом брюнетки.

— Вы… вы жена Аслана? — губы сами собой задают этот дурацкий вопрос, какая-то часть меня все еще надеется, что это все какой-то сон, мираж, ложь…

Женщина раздвигает губы в улыбке, демонстрирует прямой ряд фарфоровых жемчужин, смотрит на меня как-то сочувственно, что ли. Будто я бактерия, пыль, осевшая на ее дорогие туфельки.

— Да. Я Амина Асабек-Шахова.

Свою фамилию эта женщина произносит с каким-то осязаемым чувством превосходства и достоинства.

Так общаются королевы с чернью, почтительно, но высокомерно. Я даже не знаю, как это выразить. Учтивое поведение, но вместе с тем в интонациях сквозит насмешка.

Мне дают понять, что я всего лишь никто…

Никто для него…

Никто для него…

Кажется, в этой больной семейке норма общаться с любовницами мужа. Амина не нападает на меня, не кричит, не впадает в истерику.

Она ведет себя подобно царице, которая принимает интрижки короля как само собой разумеющееся.

— Как тебе дом? — вскидывает бровь и проводит пальцами с длинными ноготками по смоляным волосам.

— У вас очень красивый особняк, — отвечаю немного заторможенно.

Мне до сих пор не верится, что все это происходит прямо сейчас и со мной. Просто невероятно.

Вспоминаю разговор с Асланом, как он сказал, что хочет увидеться с моими родителями, что хочет поговорить с отцом. Так заведено у его народа.

Помню, как краснела на его плече, лежа обнаженной после бурной близости, и думала, что, наверное, это сказка.

Самая настоящая ожившая восточная сказка.

Пора просыпаться, Полина, сказка закончилась. И вот сейчас ты стоишь и смотришь на законную супругу Аслана.

Вот она, Шахова, а ты… ты просто девчонка, которую перепутали с эскортом, ты забеременела и Шах привез тебя к себе.

Не посадил в темницу, не привязал, но сковал цепями покрепче. Он вонзился своими острыми клинками в твое сердце, прорезал нутро и заставил тебя привязаться, полюбить…

Чтобы что?!

Этот вопрос вспыхивает неоновой вывеской в сознании, пока я смотрю на эффектную женщину с точеной фигурой, на ее ложную доброжелательность, и в мозгу возникает вопрос.