Наследник для Шаха

А что, если Шах узнал, что я беременна, и только из-за этого и пришел за мной?!

В голове калейдоскопом летят мысли, обрывки фраз, кадры.

Вспоминаю, как его машины остановили меня на улице, как он озверел, когда увидел в моих пальцах направление на аборт…

Он ведь поймал и украл меня у больницы…

Зачем? Зачем я такому мужчине, когда у него и жена законная имеется? Зачем ему держать меня здесь?

Прикрываю глаза. Ответ напрашивается сам собой. Ему не я была нужна все это время, а малыш, которого я ношу под сердцем.

Вспоминаю доктора из клиники, в которую он меня привез, ее напутствие, разговор о том, что беременным нужны положительные эмоции, чтобы беременность протекала хорошо.

Если бы он удерживал меня силой, если бы ломал и запер, я не была бы в радужных чувствах, а Шах хотел здорового ребенка.

Ему ведь нужен был наследник.

Он так и говорил всегда — мой наследник. Не наш…

Глупая…

Боль ударяет по ребрам, пульсирует, марево перед глазами, наконец, начинает оттаивать, и я замечаю, что Амина лишь на первый взгляд выглядит красивой, это не так благодаря выражению ее глаз.

Злорадному какому-то.

Она рассматривает меня, скользит взглядом с головы до пят и останавливает его на моем животе.

И мне этого хватает, чтобы понять, что вполне вероятно, что она в курсе моего положения. Черт их знает с их традициями и правилами.

Горло сжимает спазм, так и замираю, импульсивно прикрыв ладонью живот в страстном желании защитить своего малыша.

Наши молчаливые гляделки, наконец, прерываются, дверь открывается и один из телохранителей Аслана входит в дом. При виде Амины он кланяется и лишь затем, так и не подняв головы, обращается ко мне:

— Машина подана.

Выпрямляется и я интуитивно киваю мужчине.

Затем обращаю взгляд на жену Шахова, которая, словно королева, дает мне отмашку.

— Как жаль, но я думаю, у нас впереди еще много времени, чтобы стать хорошими подругами… Полина…

Глава 36

Обращение женщины как-то неуловимо царапает, я не помню, звала ли меня при ней Зухра по имени, хотя как разница."

"Вцепляюсь со всех сил в свою сумочку и с каменным лицом иду вслед за охранником. Даю себе четкую установку не плакать.

Перебираю ногами и выхожу за дверь. Стоит выйти, как подаренная Шаховым собака мчит в мою сторону, начинает вертеться вокруг ног, обнюхивает.

Опускаюсь на корточки и заглядываю в белую морду Махраба.

— Хоть ты мне верен? — спрашиваю одними губами, и пес утыкается носом в мой нос.

А я думаю, защитник ли он или, наоборот, еще один приставленный надзиратель, чтобы игрушка хозяина вдруг не дернулась и продолжала, подобно овце, идти на заклание.

Поднимаюсь на ноги. Хочется уйти отсюда поскорее. Телохранитель учтиво открывает заднюю дверцу премиального седана и ждет меня. Выпрямляюсь и иду в его сторону, проскальзываю в салон.