Круг перемен

Она присела рядом на пластиковый стул и стала смотреть, как старуха с блаженством смакует горячий кофе.

— Люблю, — согласилась Софья Германовна. Держа чашку на весу, она качнулась в кресле. — И потому хочу продать подороже. То, что достаётся даром, мало ценится. Кстати, это относится не только к имуществу, но и к чувствам. — Она поставила на землю пустую чашку и поманила Анфису рукой. — Подойди ближе.

Сквозь серебряную седину у старухи просвечивала розовая макушка, как у младенца, который только начал обрастать волосиками.

«Что старый, что малый», — с затаённой нежностью промелькнуло в голове у Анфисы. Софья Германовна пошарила рукой в необъятном кармане юбки и достала оттуда открытку Явления Богородицы русскому воинству, снятую со стены.

— Вот, возьми, это тебе. — Она сдвинула брови, собравшие её лоб в изборождённое морщинами поле. — И не говори ничего! — Она жестом упредила Анфисины возражения. — Помни, что когда-то муж моей матери купил две открытки: одну оставил себе, а вторую отправил жене, чтоб они видели одно и то же даже вдали друг от друга. Ты говорила, что у твоего знакомого Беловодова есть одна из этих открыток. Пусть наконец открытки снова окажутся вместе, они больше ста лет провели по отдельности друг от друга, хотя должны были встретиться ещё век назад.

От избытка чувств Анфиса захлебнулась. Она наклонилась и поцеловала Софью Германовну в сухую щёку, похожую на скомканный пергамент.

— Я не знаю, что сказать, потому что «спасибо» тут мало.

Та отмахнулась:

— Не станем сентиментальничать, сказала же, не благодари.

— Хорошо, не буду. — Анфиса выпрямилась. — Но, надеюсь, вы не откажетесь кое с кем поговорить по видеосвязи?

— Вот ещё не хватало, — недовольно буркнула Софья Германовна, но тем не менее проворно надела очки, выуженные из того же бездонного кармана, что и открытка, и уставилась на телефон в руках Анфисы.

По предварительной договорённости Максим уже ждал. Он сидел в своём кабинете, и к его глазам необыкновенно шёл голубой джемпер крупной вязки косами.

Увидев Анфису, он улыбнулся и помахал рукой.

— Завтра встречаю!

— Жду!

Анфиса повернула монитор в сторону Софьи Германовны и услышала, как любимый голос с волнением произнёс:

— Здравствуйте, дорогая тётя Соня. Можно вас так называть? Я Максим Беловодов.

— Тётя? Он что, сказал «тётя»? Я — тётя? — Софья Германовна перевела на Анфису потрясённой взгляд, и из-под очков по её лицу потекли слёзы.

Бали, 2019 год"

"Самолёт вырулил на взлётную полосу, дрогнул и побежал, набирая скорость и высоту. Под крылом замелькали верхушки пальм, кромка голубой воды с бурунами белых волн, крыши домов, дороги с кишащей массой скутеров.