Сделка

Несмотря на то, что девчонки в пансионате дразнили меня ведьминым приблудом да шаманкой, Хизер намеренно не обучала меня своему мастерству. Она хотела, чтобы я выучилась грамоте, завела семью, а потом жила обычной человеческой жизнью, забыв о проведенных в чаще годах. Вряд ли это было бы возможно, конечно. Но Хизер этого хотела.

Да. Она не учила меня.

Но я научилась сама – слишком многому. Да и как могло быть иначе у девочки, чьими игрушками были амулеты из костей, а сказками – истории о духах и Кургане?

Достав из кармана тяжелый перстень с оскалившимся волком, я на миг сжала его в ладони, прикоснулась губами.

Миг сомнений прошел, я скинула одежду. На пол полетело коричневое ученическое платье, белье, обувь, лента из волос. Я избавилась от всего. Откинула крышку сундука и достала новый наряд. Грубая, вышитая символами кожа, кости зверя и перья птицы, бусины и стежки. Накинула на тело, и платье оцарапало кожу до крови – первое подношение.

Осторожно подняла шаманскую корону, опустила на распущенные волосы. Занавесь из бусин ударила по носу – а вот и второе.

Последним достала бубен. Тяжелый, увесистый. В детстве я могла часами рассматривать рисунки на крепко натянутой коже. Бегущих оленей и волков, великое мировое древо, горы и реки, птиц, людей и нелюдей…

Рисунки оживали, рассказывая мне сказки о том, что случилось очень давно, но все еще не забыто. Как семечко упало в почву, как оно проросло сквозь миры – видимые и невидимые. Как открылись дороги и пути, как появились первые шаманы, как пели они свои песни, как говорили с духами. Я знала, как он звучит, – этот бубен.

Хизер разрешала смотреть, но никогда не позволяла прикасаться.

Я крепко сжала внутреннее перекрестие бубна, подхватила колотушку и босиком пошла из дома, не закрыв дверь. Обошла кедр. Показалось, что крона шумит слишком громко, что можжевельник тянет колючие лапы, пытается остановить. Под ногой чавкнула черника, окрасила ступни слишком ярким, сине-красным соком. Тоже предупреждение…

Но я не обратила внимания ни на кедр, ни на раздавленные ягоды.

Лишь сжала крепче кулак.

Тотемный столб был на месте. Черный, словно обугленный, выточенный из ствола, годами росшего у Кургана. Я ощутила привычную дрожь от одного лишь взгляда на него. Земля у столба не родила траву, почва казалась сухой и какой-то трескучей. Камни под столбом исчерчены силуэтами зверей и птиц. Камни заворачиваются вокруг черного столба широкой спиралью – дорогой на иную сторону.

Я постояла миг, настраиваясь и успокаивая дыхание. Сердце колотилось как бешеное, а идти путем духов надо со спокойной душой.