Дикарь

 — У тебя были деньги, времени так и вовсе навалом, почему ты живешь так? Это же не дом… а конура! Почему не провел электричество, не отремонтировал как следует Оливковую рощу, не посадил виноград? Духи! Да здесь можно было развести сады! Купить лошадей! Да много чего можно было сделать! Чем ты занимался все это время?!

— Ты ничего не понимаешь!

Настороженность в темных глазах сменилась возмущением.

— Да что ты? — съязвила я. — Чего это я не понимаю? Неплохие у тебя каникулы, Хенсли! Признайся, что ты просто лентяй!

— Да иди ты к жротам! — вспыхнул он. — Какой смысл наводить тут порядок, если я могу сдохнуть в любую минуту?

— Семь лет, Хенсли, — многозначительно повторила я.

 — И ты все еще довольно… бодрый.

Он криво усмехнулся и расслабился. Отлично. Никакой жалости. Я не покажу ему это чувство, что сжирает меня изнутри. Не подойду и не прижму к себе. Я буду сидеть здесь, смотреть на его пальцы, что совсем недавно ласкали меня, и ругать дикаря.

В темноте глаз вдруг вспыхнуло понимание, и Хенсли склонил голову набок, разглядывая меня. А потом резко поднялся, стукнул пустой кружкой об стол.

— Мне пора идти.

Я промолчала.

Шерх хмыкнул, а потом снял одеяло и положил на стул. Я подняла бровь, разглядывая обнаженное мужское тело.

— Вещи потом заберу, — бросил он. — Кстати, можешь постирать, раз обещала.

И направился к выходу на террасу.

— Гад, — бросила я ему вслед и услышала, как Шерх рассмеялся.

Я же откинулась на спинку стула и тоже улыбнулась. Дела, истра Лэнг. И что со мной такое творится?

Глава 19

И Заяц вдруг подумал, что не так страшно быть маленьким и пушистым. Гораздо страшнее быть одиноким Злыдняклютом…

Гроза закончилась так же резко, как и началась.

И яркое солнце вновь залило Оливковую рощу, слизывая горячим языком воду с листвы и земли. Вещи Хенсли я все-таки перестирала, решив, что мне не трудно. Развесила между деревьев, вместе со своим платьем и нижней сорочкой, постояла, рассматривая это удивительное соседство. Но в это время проснулась Линк, и мне стало не до размышлений о дикаре.

Отругать девочку за ее проступок не получилось. Линк была вялая и хмурая, ее глаза то и дело наполнялись слезами, так что мне не хватило духа ее наказать.

— Объясни, зачем ты туда залезла? — В отчаянии я присела на корточки, глядя малышке в лицо.

 — Зачем, милая? Ты ведь знаешь, как сильно пугаешь меня, когда делаешь это? Линк, я не переживу, если с тобой что-то случится!"

"— Южный Ветер плачет, — прошептала девочка, отводя взгляд.

Я вздохнула. Моя крошка очень упряма. И порой невозможно добиться от нее ответа.

— Линк, послушай… — Я сжала маленькую ладошку. — Пообещай, что не будешь так делать. Прошу тебя!

— Я не могу, — с сожалением сказала она. — Южный Ветер не виноват.

Я прикрыла глаза, набираясь терпения.