Князь

Татары, оседлавшие коней, сбивались в стаю примерно в версте южнее города. У них еще не все бойцы не успели поймать и оседлать коней, не все нашли оружие. А многие и не найдут — уж больно шустро драпали со своего бивуака. Царь на белом скакуне гарцевал перед строем и что-то вещал служилым людям, мрачно сжимавшим в руках рогатины.

— Вон наши! — указал на левый край полка Пахом. — Чего закручинились, сиротинушки?! Счас веселье будет!

Отстрелявшиеся лучники выискивали своих холопов, свои сотни и тысячи, вливались в общий строй. Татары же вдалеке все еще крутились нестройной толпой.

Они к бою были не готовы. Иоанн Васильевич между тем продолжал свою богоугодную речь:

— Да воскреснет Бог, и рассеются Его враги, и пусть бегут от Него все ненавидящие Его. Как исчезает дым, так и они пусть исчезнут! И как тает воск от огня, так пусть погибнут бесы перед любящими Бога и знаменующимися знамением креста и в радости восклицающими: радуйся, многочтимый и животворящий крест Господень, прогоняющий бесов силою на тебе распятого Господа нашего Иисуса Христа! Который сошел в ад и уничтожил силу диавола и дал нам тебя, свой честный крест, на прогнание всякого врага.

Многочтимый и животворящий крест Господень, помогай мне со святою госпожою Девою богородицею и со всеми святыми во все века…

Воевода Вяземский неотступно двигался следом, держа руку на оголовье меча и постоянно оглядываясь по сторонам.

Время уходило. Зверев сплюнул, выехал вперед, возле Иоанна воткнул рогатину в землю, выхватил саблю и вскинул над головой."

"— Слушайте меня, братья!!! Там, — он указал клинком на север, — там осталась русская земля, на которой ныне нет ни единого воина, чтобы ее оборонить.

Там, — он указал в татарскую сторону, — там сорок тысяч уродов, которые хотят нашу землю разорять, наших жен и сестер насиловать, наших детей убивать. Нас здесь пятнадцать тысяч русских воинов собралось. Поэтому помните: каждый из нас должен убить двух татар. Только тогда у них не хватит сил двинуться дальше на Русь. Вы поняли меня, братья?! Нам не нужна победа! Нам не нужно поражения! Нам не нужно ни живота, ни свободы! Нам нужно каждому убить двух татар! До того мига не сметь никому ни падать, ни трусить, ни сдаваться, ни умирать! Каждый должен убить двух татар! Не посрамим, братья, корня русского! Умрем, но земли своей погани иноземной не отдадим! Двух татар каждому! Не жизнь с нами ныне идет, а черная смерть! Татарская смерть! — Он вернулся к государю, спрятал саблю в ножны, выдернул из земли рогатину, оглянулся на широкую полосу притихшей конницы и привстал на стременах.