Князь

 — Поперва про хозяйство выспросил, а теперича к вдове дела заимел?! Ступай отсель, подворник, не то собак спущу!

— Эк ты суров стал, — усмехнулся Зверев. — Ну да ладно, не силой же ломиться. Ты скажи, окна из кухни, что на ту сторону выходят, первые или вторые? В какие стучать?

— Я тебе постучу, бродяга! — Паренек покрутил головой, отскочил и вернулся с тяжелым засовом, вполне способным заменить дубину.

— А чего делать, коли с Варварой мне поговорить надобно, а ты не зовешь?

— Откель ведаешь, как матушку зовут?

— Ты, храбрый юноша, у гостя коня прими, в дом проводи, водицы дай с дороги испить, в тепле погреться, а уж потом расспрашивай, чего надобно, — напомнил элементарные правила гостеприимства князь.

 — А то что ж, с дрекольем встречаешь, да еще любопытство свое у прохожего желаешь утолить?

Молодой хозяин размышлял недолго. Видно, понял, что незнакомец и правда может в окно постучать, на это разрешения не требуется.

— Напоить напою, — пообещал он, — но расседлывать не стану. Время к вечеру, неча тебе здесь задерживаться.

— Что ты там застрял, Андрюша? — внезапно послышался из глубины двора женский голос.

 — Никак, поломалось что?

— Да путник тут прохожий воды испить просит, — неохотно признал мальчик.

— Откель у нас путники, Андрей? Чай, не на тракте проезжем живем.

— Да вот, приехал… Спрашивал, много ли добра у нас? И одна ли ты с ним управляешься.

— Кто же это такой любопытный заявился? — Вытирая на ходу руки, хозяйка наконец подошла к воротам и в изумлении замерла: — Ты?!

В первый миг Звереву показалось, что он видит перед собой изящную хрупкую фею с точеными чертами лица и осиной талией. И даже свободный сарафан с синей вышивкой по сторонам от груди, даже пышная длинная юбка не портила впечатления легкости женской фигуры.

Но потом разум подправил его, что таких красоток он встречал чуть не на каждом дворе — просто привык к формам княгини, что раза в два шире в талии, и ожидал увидеть в Варе нечто такое же. Но вот лицо — лицо ее оставалось таким же, как двенадцать лет назад: те же розовые щеки с ямочками, те же тонкие губы, те же глаза и вздернутый остренький нос. Разгоряченная после возни у печи, Варвара пахла пасхальными куличами и манила внутренним жаром, столь желанным после долгого зимнего пути.

— Шапку-то скинь, бестолочь, — спохватившись, огрела хозяйка сына несильным подзатыльником, аккурат чтобы малахай уронить. — Кланяйся, князь Сакульский пред тобой!

— Нечто князь, мама? А по виду человек обычный… — не поверил паренек.

— А ты думал, у князей рога и крылья растут? — усмехнулся Андрей.

— Дык, я… это… — растерялся мальчишка, поняв, что сморозил неладное. — Ну, холопов нет совсем, слуг всяких. И одежда простая, и упряжь обычная.