Незнакомец. Суровый батя для двойняшек

Матери, друзьям… парню.

Надейся…

Угрюмый дал указание парням глушить звонки Маши, если она начнет звонить «не туда».

– Мне пора, меня Злата ждет, – разворачиваюсь, иду на выход.

– Она хорошенькая, да?

– Кто?

– Злата…

– Да.

С обидой гляжу в окно.

Седой даже не скрыл, что эта женщина ему нравится. Хорош жених.

Не о таком я мечтала.

Мой любимый муж должен был быть красивым и молодым. А еще понимающим. Олицетворять собою все мои мечты.

А не таким бездушным тираном, который за день до свадьбы заявляет, что ему по нраву другая.

Чертова Злата! Хоть бы постеснялась! Смотрит на Седого так, как обычно мужчины глядят на женщин.

Вспоминаю, как устроительница свадеб маняще растягивала губы в улыбке, зазывая мужчину черт-те знает куда.

Так и вижу, как они сейчас там внизу шепчут друг другу нежности, делают «хорошо».

Возвращаюсь к кровати, падаю на нее. Закрываю лицо руками, что-то бормочу.

Сердце так громко бьется, что ничего его не заглушить. Поднимаюсь на ноги, хожу по комнате как арестантка – из одного угла в другой.

Больно-то ка!

Чем больше думаю о том, во что меня хотят превратить, и что сделать, тем явственнее осознаю, что сейчас самое время высказать свое нежелание подчиниться мужским решениям.

Поднимаюсь поспешно с кровати. Бегу к двери.

Я должна успеть поговорить с Седым, пока он снова куда-нибудь не смылся вместе с этой фифой.

Выхожу за дверь и сталкиваюсь с недоверием и злостью своего охранника.

– Мария Егоровна, вы куда направляетесь? Не велено отпускать вас одну.

– Ищу жениха. Забыла сказать ему, чтобы он купил мне подвязку для бедра, – демонстративно оглаживаю бедро, чтобы смутить парня.

– А-а! – отвечает понимающе. – Конечно-конечно, – пропускает меня. И я бегу по лестнице вниз. Заглядываю поочередно во все комнаты. Седого и Златы нигде нет.

Подхожу к кабинету отца. Дверь приоткрыта. Он с кем-то разговаривает по телефону.

Хочу уже отступить, но слышу свое имя.

Преодолевая отвращение к подслушиванию, прислушиваюсь к разговору.

– Маша считает, что я смертельно болен. Она не знает, что я заманил ее домой обманом. А ты, как ее мать, должна понимать, что я обманул дочь ради ее блага! Нет, ты ее больше не увидишь. Никогда. На свадьбу позвать не могу. Нет, я не мог рассказать ей правду – малышка, тебя хотят убить, потому что ты – моя дочь. А я – криминальный авторитет. Мой долг – сохранить ей жизнь. Для этого все средства хороши. Она должна продолжить мой род!

Что он говорит???

Кровь стучит в висках.

Стена передо мной двигается, и я с грохотом падаю на пол. Ногтями обдираю обивку дорогого дивана, на котором я очнулась несколько минут назад. Обвожу комнату ничего невидящим взглядом.

Прикрываю глаза, считаю до трех и открываю глаза снова.

На этот раз намного лучше.