Незнакомец. Суровый батя для двойняшек
– И лица у детей до боли знакомые. Настолько, что в груди снова что—то колет. И внутри меня что—то ломается, будто кто мой стальной стержень только что переломил.– Нет! – рычу так громко, что гости вскидываются и поворачивают головы в мою сторону.А та самая, которую хотел забыть столько лет, отделяется от гостей и спешит ко мне.– Вам плохо? – спрашивает и смотрит пустым взглядом.– Неужели я настолько изменился, что ты меня не узнаешь? Машенька…Маша в ужасе округляет глаза, а затем начинает грубо выталкивать меня из зала.– Убирайся. Уходи. Тебе здесь не место.– Они мои? Только скажи… двойняшки – мои?– Нет. Мои и моего мужа.
Мороз пробирает до кончиков пальцев от его равнодушия. Мы же только что встречались, и Седой был очень даже приветливым и милым.
Может, это проливной дождь промочил меня окончательно, и я вся дрожу из-за него.
Сюда я приехала ради наших детей. Чем быстрее, отец и Дима получат от Седого компенсацию за прошлое, тем скорее я смогу избавиться от них и уехать.
Растить своих малышей. Видя каждый день как их муштруют и готовят стать большими аферистами, невозможно. Мое сердце разрывается каждый день по нескольку раз, а я ничего не могу исправить.
Потому что бесправная.
Потому что снова оказалась в руках плохих мужчин.
Спаси наших двойняшек! – Хочу кричать во весь голос. Но не смею. Мирон не знает об Аленушке и Алешеньке.
А если узнает, что это изменит? Ничего. Он просто не поверит, что это его дети. У них отчество Дмитрия, фамилия Кутузовы.
Это усложняет ситуацию еще больше!
Зная характер Мира, уверена, он просто выгонит меня, если расскажу всю правду сейчас… спустя пять лет.
И неважно, что пять лет назад я безуспешно пыталась найти Седого, бросившего меня на произвол судьбы. А ведь именно он обещал перед небом защищать меня и наше потомство.
Встряхиваюсь, поднимаю глаза на мужчину.
– Мирон, я действительно соскучилась, целый день прошел, – голос мой дрожит от страха, что мне не поверят. – Но, если ты мне не рад, я поеду, – делаю вид, что ухожу. Иду ва-банк.
Рискую. Возможно, Мирон не один, мне показалось, что я услышала голоса в доме, или не в том настроении.
Но для меня сейчас ничего не имеет значения. Ничто меня не остановит. Я знаю, зачем приехала…
Как бы это странно не прозвучало, но мне нужен Мирон!
У меня нет права на ошибку. И я получу от него то, что поможет мне, чего бы мне не стоило!
Вздрагиваю под его потемневшим стальным взглядом.
Выпрямляюсь, мягко улыбаюсь, грациозно переминаюсь с ноги на ногу.
Знал бы он, чего мне стоит весь этот спектакль!
С моих волос вода льется прямо на крыльцо.
– Так и будешь держать меня под дождём? – голос мой дрожит.
– Я не один.
– Знаю… – пробалтываюсь я.
– Откуда?
– Догадываюсь.
– У меня женщина… и наш ребенок.
Слова хлестко бьют по щекам. Но спустя мгновение включаю мозг. Ребенок в его доме – племянница. А женщина, скорее всего няня, которую удалось найти ранним утром.
Он снова лжет, чтобы сделать мне больно!
Что с ним не так?
Испепеляю мужчину взглядом. Рисую на лице улыбку. Фальшивую, слабую. Ну уж как получается!
Мирон ждет, когда я не выдержу, сломаюсь. Приревную и уйду.
Не понимаю, зачем он так ведет себя со мной. Я же видела ночью, насколько он не равнодушен ко мне. В порыве страсти даже проговорился, сказав: «Машенька, я тебя очень сильно люблю!».








