Все лгут
Мария Фоукаро счастливо живет в большом доме на окраине Стокгольма со своим маленьким сыном Винсентом, идеальным новым мужем Самиром и падчерицей – подростком Ясмин. Но однажды семейная идиллия рушится. Холодной декабрьской ночью Ясмин бесследно исчезает. За расследование берутся детективы Гуннар Вийк и Анн-Бритт Свенссон. Вскоре полиция арестовывает Самира по подозрению в убийстве дочери. Мария не может в это поверить, но постепенно ее охватывают сомнения… Разве у него не было конфликтов с дочерью? К тому же и очевидцы подтверждают, что видели у Ясмин следы физического насилия. Неужели можно убить собственного ребенка?
– Приступайте, – командует Будил, нетерпеливо взмахивая рукой. – Или вы собрались провести здесь весь день?
– Ну почему она всегда такая противная? – шипит Манфред, когда мы выходим в коридор.
– Хм, – неопределенно мычу я в ответ.
– Ей, наверное, кое-чего недостает.
– Как вариант, – не спорю я, хотя мне известно, что проблема точно не в отсутствии секса или близости. На самом деле меня удивляет, что Манфред вообще об этом заговорил – он ведь гораздо лучше меня разбирается в людях. К тому же сексистские шутки – мой хлеб. Манфред обычно не опускается до такого и, напротив, всячески подчеркивает широту собственных взглядов и приверженность равноправию.
– Нам нужно еще раз пообщаться с судебным экспертом, – говорит он. – Ты или я?
– Было бы неплохо, если бы ты сам ему позвонил, тогда я займусь списком пропавших без вести.
– Проверяй всех с девяносто пятого по две тысячи пятый, – напутствует Манфред. – Судебный эксперт настаивает на этом интервале.
– Этот эксперт, – фыркаю я, вспоминая гладкое лицо и бархатные карие глаза Давида Файнштейна. – Он хоть уже родился к тому времени?
Манфред открывает дверь в кабинет, но медлит на пороге.
– Предполагаю, что твое нижнее белье старше. Тем не менее он производит впечатление человека уверенного в том, что говорит.
Я стучусь в дверь кабинета Биргитты на третьем этаже.
Биргитта – гражданский служащий, следователь. В нашем управлении она одна из лучших специалистов по всем подсобным базам данных, которыми мы располагаем. Сам я периодически не могу разобраться в собственном смартфоне, так что частенько прошу ее помочь.
Биргитте около шестидесяти, она худа, словно спичка, и мышиного цвета волосы стрижет «под горшок».
– Эй, Гуннар! – Она приветственно машет мне рукой, приглашая войти.
Я сажусь на стул возле стерильно чистого стола, на котором нет ни бумажки, ни скрепки. На стеллаже за спиной Биргитты стройными рядами выстроились аккуратно рассортированные папки и дела. На крючке рядом со стеллажом висит ее стеганая куртка, на полу стоят рюкзак «Фъелльравен» и пара беговых кроссовок.
Биргитта – страстная поклонница физкультуры. Каждый день, невзирая на погодные условия, на работу на Кунгсхольмен она добирается бегом из Сульны. Я думаю, она тренируется, чтобы принять участие в каком-нибудь марафоне или, быть может, в соревнованиях по триатлону. Для меня разницы нет – от таких экстремальных видов спорта я всегда старался держаться подальше.
– Выглядишь свежо, – приветствую я Биргитту.
– Ой, ладно тебе.
– Нет, в самом деле. Ты в последнее время еще усерднее тренировалась?
– Гуннар.

















