Повешенный (СИ)

Однажды в молодости мне уже довелось спасать товарища, перебравшего с алкоголем на первомайском пикнике и сдуру решившего переплыть реку, чтобы покрасоваться перед девчонками — однокурсницами. Но там дело происходило днем, и в воде была хотя бы минимальная видимость, а здесь-то ни хрена не видно!

Ныряю раз, другой, но все без толку. Кажется, отыскать его здесь выше моих возможностей. Как бы мне помог сейчас дар! Но его действие, похоже, подчиняется каким-то иным законам, пока не подвластным мне. Отдышавшись, готовлюсь нырнуть еще раз. Иначе Алексея утащит течением, и ему уже никто и ничто не поможет. На Петю сейчас никакой надежды — он сам еле держится на плаву. И, слава богу, в третий раз я все-таки натыкаюсь на нашу пропажу и, подхватив его за ворот рубахи, тащу наверх.

Теперь главное — продержаться, пока нас не подберет лодка. А спасатели что-то не торопятся. И не мудрено — поди, отыщи нас среди бушующих волн, да еще попутно справляясь с сильным течением, норовящим утащить все, что можно и нельзя, в сторону Невы.

— Ладислав! — ору я, перекрикивая шум волн и ветра, одновременно подавая сигнал тем, кто на лодке. Надежды,конечно, мало, но вдруг услышат?

Мне кажется, прошла целая вечность, пока из темноты показался нос большой темной лодки. А может, она только показалась мне большой, потому что силы мои были на исходе, и зрение уже подводило меня. Холод сковал мое тело ледяными обручами, промораживания до костей — вот-вот и сам я пойду на дно. Как там говорил важный офицер после нашей казни — кому суждено утонуть, повешен не будет? Ладно, буду первым, на ком этот афоризм не сработает. Выживу всем врагам назло!

Еще как-то умудряюсь подтолкнуть обессиленного Алексея в протянутые с лодки крепкие мужские руки, но у самого сил не хватает даже уцепиться скрюченными пальцами за борт. Когда меня с силой выдергивают из воды, я падаю кулем на дно лодки, пытаясь отдышаться. Следом приземляется Южинский. Придя в себя, обнаруживаю, что лежу в воде — то ли лодка протекает, то ли бортом черпанула.

— Где Ладислав?! — поднимаю я голову, обращаясь к спасателям — Ищите, еще один должен быть!

Как назло, опять начинается сильный дождь, на нас кто-то накидывает широкие морские куртки с капюшоном.

— Растирайтесь! — это я обращаюсь уже к оченевшим Алексею и Петру. Пытаюсь показать им пример. А у самого руки, ноги дрожат после пережитого приключения, и губы тоже.

— Не видно ни зги! Больше вроде, нет никого!

— Посвети, дай больше огня!

— Да, не найдем мы Ладислава в этом ноевом потопе! Одна надежда — что сильным течением его вынесет на берег.