Повешенный (СИ)

Первым долгом майор бледный от недосыпа Турубанов приказал выстроить весь личный состав гарнизона, и унтер — офицеры доложили ему о нахождении своих подчиненных. Удостоверившись, что больше пропавших и пострадавших нет, он начал действовать, и сосредоточился на обыске крепости, обоснованно полагая, что беглецы затаились где-то здесь, в здании нумерных казарм. Благо укромных мест здесь хватало в достатке, особенно в подземелье. А уже то, что сообщник имел доступ к ключам в караульной, делало этот факт неоспоримым…

Люди Курдюмова валились с ног после вечернего аврала с перетаскиванием провианта на верхние этажи, плохо соображали спросонья, и не сразу смогли понять, что от них требуется снова лезть в подземелье казарм, которое к тому моменту затопило уже на пару футов. Но угроза начальства прогнать лентяев через строй и угостить шпицрутенами, сделала свое дело — солдаты, быстро разделившись по трое, отправились тщательно обыскивать крепость.

Сам же майор, не мешкая направился в Государеву башню, где находился единственный выход из крепости, ведущий к пристани. Проезд там закрывали ворота и две кованые решетки — герсы. Одна из них опускалась со второго яруса башни, а другая с боевого хода стены. Подъем этих герс производился при помощи воротов. Но тут все было спокойно, и никто из посторонних не появлялся. Караульные доложили, что лодочный сарай на берегу затоплен еще днем, а ялик, на котором вчера прибыл царский фельдъегерь, бурей сорвало с якоря. Ялик при этом чуть не затонул, черпнув бортами воды, и команда поспешила увести его в Шлисс, чтобы укрыться там от шторма в одном из городских каналов.

Так что люди капитана Курдюмова с полным основанием сосредоточились на тщательном обыске крепости. Но к утру, когда каждый уголок ее был проверен, стало понятно, что на территории крепости беглецов нет. Трое особо опасных арестантов и их сообщник из числа надзирателей Секретного дома, бесследно исчезли. И можно сколь угодно успокаивать себя тем, что до берега им добраться не удалось, факт оставался фактом — первый побег в истории Шлисской тюрьмы сегодня ночью состоялся. И наказание за это понести кому-то придется — гнев государя будет ужасен. Особенно из-за третьего узника. Того, который в Маске.

—…Всем доброе утро! — приветствую я всех присутствующих, заходя в небольшой зал, залитый ярким солнечным светом. Дав глазам немного привыкнуть к нему, с интересом оглядываю сидящих за длинным дубовым столом. Во главе стола какой-то величественный темноволосый священник лет пятидесяти на вид, с ярко-синими лучистыми глазами, явно из одаренных. Рядом с ним сидит Алексей, по другую руку Петр Южинский.